Стоп-кадр: риторика Победы и российская модернизация

Посмотрите сюжет о российской победе в Сирии из воскресной передачи «Вести недели с Дмитрием Киселёвым». Обратите внимание на риторику Победы, которая сознательно конструировалась как реплика сталинской Победы в 1945 году, а сам прилёт Путина на сирийскую базу Хмеймим стал копией сцены прилёта Сталина в Берлин из фильма «Падение Берлина», снятого Михаилом Чиаурели в 1949 году. Обратите внимание также на российскую технику и на российских военнослужащих, их экипировку и поведение. Вот это и есть подлинная российская модернизация, а не та, о которой до сих пор грезит прогрессивная общественность.  Такая военно-техническая модернизация идеально служит целям укрепления верховной власти в стране и её планам утверждения на мировой арене.

Трезвый взгляд автора журнала «The Spectator»

Английский еженедельник опубликовал на редкость трезвую статью специалиста с более чем 20-летним стажем Джона Брэдли о том, как Путин стал править на Ближнем Востоке. Вот некоторые цитаты: «Когда Россия в сентябре 2015 года вступила в сирийскую гражданскую войну, Эш Картер (Ash Carter), занимавший в то время должность министра обороны США, предсказал Кремлю катастрофу... Прошло два года. Путин одерживает победу, а политическое будущее Башару аль-Асаду практически гарантировано. Пройдет еще немного времени, и они объявят о разгроме ИГИЛ в Сирии.

Новая историческая реальность

Это историческое видео, в котором новый заместитель постоянного представителя России при ООН Владимир Сафронков по-гопнически заявил представителю Великобритании Мэттью Райкрофту: 

«Что ты (выделено мною — И.П.) глаза отводишь?...Не смей оскорблять Россию больше!» 

Это был ответ на выступление Райкрофта, который сказал, что Россия «злоупотребляет правом вето, поддерживает режим (Башара Асада. — И.П.) и применение химоружия», что Москва «потеряла доверие». К такой реальности Запад оказался не готов — достаточно посмотреть на лицо постоянного представителя США при ООН Никки Хейли.

Кремль пошёл ва-банк

Завтра Кремлю, а вместе с ним и России придётся, по крайней мере на словах, определиться: или она с коллективным Западом, или с режимом президента Сирии Башара Асада, Ираном и движением Хезболла.

Весьма симптоматично, что в день прилёта Государственного секретаря США в Москву Рекса Тиллерсона Владимир Путин заявил, что в Сирии готовятся новые провокации с химоружием, цель которых – обвинить в его применении Башара Асада. Путин сослался на «информацию от различных источников». Какие источники Путин имел в виду? И кто может совершить эти провокации?
Спустя некоторое время на второй вопрос поступил ответ – от директора ФСБ России Александра Патрушева: 

К вопросу о цели российской военной операции в Сирии

Постепенно эта цель становится более ясной. Если у Сталина в 1930-е годы целью была советизация Европы под флагом борьбы за расширение «фронта социализма», то у нынешнего российского руководства – это расширение «русского мира» на Ближнем Востоке под флагом борьбы с терроризмом и сохранения православной цивилизации. Вот как сформулировал эту цель Сергей Степашин в интервью телеканалу «Дождь» 27 ноября: «Для нас Сирия – это наша культура и историческая память, это больше, чем Херсонес. Там происходит геноцид против сирийского народа и христианской цивилизации. Русское православие пришло из Сирии».

Поездка Путина в Нью-Йорк

Как оценить эту поездку, если саму поездку и события, предшествовавшие ей, проанализировать спокойно, без истерики, которая преобладает в Интернете, особенно у тех комментаторов, которые со дня на день ждут конца режима. Если поставить это событие в общий мировой контекст, то безусловно ясно одно: мир и прежде всего так называемые цивилизованные страны больше всего волнует исламский терроризм и беженцы, прибывающие в Европу.

В этом контексте следует признать, что у западных лидеров нет плана борьбы с исламским терроризмом, кроме заклинания, что президент Сирии Асад должен уйти. А у Путина есть. К моменту его поездки в Нью-Йорк сформирован союз 4+1, в который вошли Иран, Ирак, Сирия, Россия + Хезболла, готовые бороться с Исламским государством, которое, не будем забывать, в России объявлено запрещённой террористической организацией. В Багдаде создан информационный центр для этой борьбы, руководить которым будут офицеры вооруженных сил России, Сирии, Ирака и Ирана на ротационной основе, с периодом ротации в три месяца. В ближайшие три месяца управлять структурой будет иракская сторона. Президент России проинформировал о предпринятых шагах также руководство Турции, Саудовской Аравии, Иордании.

Это факты.

А теперь рассуждения.

Очевидно, что президент Путин конструировал, именно конструировал свой образ, намереваясь возглавить борьбу с мировым терроризмом. И примером здесь, role model для него явно был Сталин как победитель войны с нацизмом. Сталину к моменту формирования коалиции с западными державами было 63 года и Путину 7 октября исполнится 63. Это вокруг Сталина вращались события во время Тегеранской и  Ялтинской конференций. К нему в Москву приезжали Черчилль и Рузвельт. В результате Сталин остался в Истории не виновником развязывания Второй мировой войны наряду с Гитлером, а победителем, завершившим эту войну грандиозным парадом на Красной площади 24 июня 1945-го. Путин тоже хочет остаться в Истории победителем. Не случайно в Ялте 5 февраля этого года открыт памятник участникам той Ялтинской конференции.

Кстати, западные наблюдатели тех военных лет и современные историки, рассказывая о встречах западных лидеров со Сталиным, неизменно отмечали его шарм.

Именно шарм  (слово «charm» здесь точнее, чем русское «обаяние») отметил при встрече с Владимиром Путиным и американский телевизионный ведущий Чарли Роуз. 

В своей речи на Генеральной Ассамблее ООН 28 сентября Путин вполне в духе своего плана сравнил антиигиловскую коалицию с антигитлеровской. Показательно, что из зала никто не вышел, кроме делегации Украины. После речи хлопали. 

Это тоже факты. А вот последствия поездки Путина в Нью-Йорк для судьбы России и мира –  дело будущего. Несомненно одно: Путин бросил предельно амбициозный вызов Западу.