пятница, 17 ноября 2017 г.

Новой государственной идеологией станет русский фундаментализм

Статья для «Новых известий» от 17.11.17
Россия давно идет по этому пути.
В эти ноябрьские дни исполняется десять лет со дня появления в публичном пространстве крайне любопытного текста, который сегодня, на мой взгляд, становится актуальным. Я имею в виду документ «О феномене национального лидера России» за подписью тогдашнего функционера партии «Единая Россия» доктора политических наук Абдул-Хакима Султыгова. В нём делалась попытка представить оптимальное будущее политическое устройство России.
Идеи оказались выражены настолько откровенно, что от них поспешили откреститься даже члены «Единой России», назвав личным мнением автора. Оригинал текста исчез и с сайта партии. По поводу этого документа разного рода комментаторами тогда было сказано немало. Высказывания были в основном с оттенком недоумения. Вот мнение Глеба Павловского: «Мне кажется, например, публикация удивительнейшей статьи господина Султыгова даже в порядке дискуссии... является в условиях избирательной кампании возмутительным ударом по всем программным установкам “Единой России” как демократической партии».
В действительности Султыгов не сказал ничего необычного. Тогда, десять лет назад, о том же не раз говорил и сам Павловский. Для меня ценность султыговского документа оказалась в том, что автор невольно внес ясность в вопрос о характере политической власти в России. Уже тогда было понятно, что это не «управляемая» и не «суверенная» демократия, о которой вслед за Владиславом Сурковым твердили обслуживавшие власть политологи. И не «имитационная демократия», о которой писали фрондирующие критики, затрагивая лишь поверхность явления, а не его суть. Уже тогда это была разросшаяся до гигантских размеров власть, которая называется диктатурой. «Это новый вид диктатуры, не описанный в литературе, –отмечала я на «Гранях» в статье «Путиница в мозгах». – Его ещё нужно учиться анализировать. Это диктатура постмодернистского типа, которая использует не массовые репрессии, а точечные убийства, ложь, провокации и политтехнологии для манипуляции общественным сознанием внутри страны и за рубежом. Она настолько преуспела в оболванивании населения, что сегодня уже можно констатировать факт шизофрении общественного сознания в России. В нём парадоксальным образом уживаются оценка Октябрьского переворота 1917 года как катастрофы и желание вернуться в советское прошлое, осуждение репрессий и почитание Сталина как государственного деятеля, антизападничество и разговоры о демократии». Однако десять лет назад далеко не все были готовы «распознавать диктатуру за сверкающим фасадом “суверенной демократии”.
Сегодня документ Султыгова полезно не только перечитать, но и поискать в нём ответ на занимающий сегодня почти всех вопрос о будущем президента Путина.
Уже в 2007 году Султыгов ставил в заслугу Путину «безошибочный выбор вектора в развитии тысячелетней истории», который «объединил российский народ в начале XXI века». Деятельность Путина, по его мнению, стала манифестацией идеи национально-государственного единства России, «восходящей к истокам русской политической истории, к истокам российской цивилизации. Идеей, прошедшей через горнило великих испытаний, выпавших многонациональной российской государственности». Спустя десять лет этот тезис в полной мере подтвердился укрепившейся в стране идеей великодержавия, которая ведёт начало с идеи XVIвека «Москва - третий Рим». Сегодня уже можно говорить не просто об идее, а об идеологии русского фундаментализма Его черты на поверхности. Это 1) представление о том, что русский народ является носителем особой нравственности и особого чувства справедливости 2) отрицание бездуховного Запада как модели общественного развития, 3) видение будущего России как империи и 4) уверенность в её особой исторической миссии.
Русский фундаментализм объединяет 86% российского населения вокруг президента Путина. Как и в 2007 году, сегодня наблюдается «нарастающее массовое движение граждан во всех регионах страны с требованием сохранить В. В. Путина как национального лидера России.
В 2007 году Султыгов писал, что «предстоящие декабрьские выборы в Думу – это общенациональный референдум в поддержку Плана Путина, а не “межпартийная борьба за победу в округах”». Этот тезис верен и сегодня с определённым уточнением: предстоящие мартовские выборы президента – это общенациональный референдум в поддержку Путина, а не “президентский хайп” в компании с Жириновским, Зюгановым, Собчак и другими карнавальными кандидатами в президенты. О настоящих выборах в России и говорить не приходится. Надо только задуматься, а могут ли быть выборы в условиях всемогущества политической полиции, в котором и заключается, в действительности, та государственная самобытность, которую мы, по словам Петра Струве, с полным правом можем противопоставить всему прочему культурному миру как наше подлинное достояние»? Могут ли быть выборы в условиях конспиративного характера современной власти, когда планировщики в Кремле давно определили всем несогласным с её политикой их место в пространстве власти?
В 2007-м Султыгов предлагал новую конфигурацию власти по результатам референдума, которым могут стать и предстоящие «выборы» 18 марта 2018 года. Адаптируя его идеи к новой реальности, можно предположить, что по итогам «выборов»-референдума будет введён не только «особый статус Путина как национального лидера – политика, консолидировавшего нацию и государство, с именем и курсом которого российский народ связывает свои надежды на историческую перспективу», но и «институт национального лидера», который будет представлен «высшим персонифицированным институтом представительной власти российского народа, осуществляющим от имени народа гражданский контроль над исполнением его воли, выраженной в итогах предстоящих президентских выборов».
Султыгов полагал, что новая конфигурация власти будет оформлена на первом Гражданском Соборе российской нации, который, по сути, явится «беспрецедентным событием в российской истории, скрепляющим этот новый “общественный договор” эпохи Путина, соотносимый по историческому масштабу и значению с Земским Собором, не только положившим конец Смутному времени, но на столетия вперед определившим стратегический вектор движения России». Проведение Гражданского Собора и принятие Пакта гражданского единства, по Султыгову, должны были «стать важнейшей гарантией преемственности и необратимости стратегического курса» страны. Предполагалось, что в дальнейшем Гражданский Собор будет играть роль постоянно действующей площадки для оглашения посланий национального лидера «российскому народу и политикообразующему классу».
Вот эти идеи подзабытого документа десятилетней давности, на мой взгляд, выражают настроения, которые и сегодня существуют во властных коридорах Кремля. В результате может выстроиться конфигурация: национальный лидер – президент – премьер-министр.
Почему бы и нет? Национальный лидер – навсегда. Он же – оплот нации и гарант сохранения власти, политического курса, личной собственности. Далее идут исполнительные должности президента и премьера. И всё недовольство народа за каждодневные проблемы страны будет направлено на них. Типичная Византия. Шапка Мономаха. Случайно ли 28 мая 2016 года в храме Успения Пресвятой Богородицы на горе Афон Путин примерял кресло императора Византии?

15 комментариев:

  1. "Национальный лидер – навсегда. "
    Для бытия навсегда необходимо личное бессмертие. А так как оно не бессмертно, хоть в мавзолей его запихнуть, то и возникает не совсем вежливый вопрос о преемнике и механизме легитимации этого преемника.

    ОтветитьУдалить
  2. Похоже как в Иране.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. В иране они институциировались (совет экспертов-теологов), а в рф текущие, судя по всему, шарахаются от таких институций, как черт от ладана. И ельцина сыграть тоже вряд ли выйдет - духу не хватит. Почему и будет цирк.

      Удалить
  3. перечисленные вами свойства госидеологии есть признаки нацизма, а не фундаментализма. Насколько оное обосновано в отношении нынешней России, вопрос отдельный.
    и строй того типа, что сегодня в России, политологи называют электоральной демократией. Считать его недемократическим неверно по сути, поскольку освобождает от ответственности 86%.

    ОтветитьУдалить
  4. Здесь представлена моя точка зрения. Если у Вас другая – пожалуйста. Подробно моё обоснование см. в статьях по тегам «Великодержавие» и «русский фундаментализм».
    По поводу определения политологов «электоральная демократия» - пусть называют, это сродни «суверенной» и «управляемой демократии». Последняя Ваша фраза бессмысленна.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Совершенно верно, Ирина Владимировна. "демократия" это и есть - но строго адекватная "демосу" своему. Вот такой там "демос", что и демократия у него и над ним такая и получается.

      Удалить
  5. 86% это все те же, крымские что ли? Ну да, 100% населения объединять нельзя, как вы всегда мысленно (и власть, и народ, и элиту и оппозицию), а 50% постоянных положительных сталинских это очень мало.

    Наконец-то скоро выборы Путина и политизированная цифристика обновится. И это еще неизвестно сколько припишут.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Не в 86% цифири дело, а в чувстве глубокого внутреннего единства по системе ценностей (чуть было не написал "по образу жизни". Образ жизни-то у них разный, а вот стержневая система ценностей одна). Как написал когда-то Михаил Берг в своем "два народа" [ http://mberg.net/dva_naroda ]:
      "Можно не договариваться с Путиным, хоть он плоть от плоти и кровь от крови человек душной русской толпы. ... Можно не соглашаться со всеми кривыми последствиями существования этого вечного социального аутсайдера, боящегося социальной конкуренции как войны на истребление, но отменить тот факт, что этот аутсайдер есть непременное большинство и оно практически не меняется в своих фундаментальных характеристиках, невозможно."

      Удалить
  6. Russia continues their fundamentalist experiment as Kiev makes Western Christmas an official holiday: two Christmases for them now! Moscow still not joining the fun. Secular New Years festivities proceed from Lenin's mausoleum. Sad.

    https://www.kyivpost.com/lifestyle/ukraine-adds-2nd-western-christmas-official-holidays.html

    ОтветитьУдалить
  7. Look them up in a psychiatric manual, the reading could be interesting.

    ОтветитьУдалить
  8. Irina, I would love your thoughts on this article by Leonid Bershidsky. If you have time to give a response.

    "Russia Takes a Step Into The Post-Putin Age"

    https://themoscowtimes.com/articles/russia-takes-a-step-into-the-post-putin-age-op-ed-59867

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. What can I say? This article is all about speculations on the future of Putin’s regime. I only wonder why the author is so sure that Putin “won’t necessarily have much say in it”.

      Удалить
    2. Hi Irina,

      Even with Putin's say in the matter, I wanted to know what possibilities you envision for Russia if/when he is no longer president. Is there any ray of hope that things could possibly be better post-Putin?

      Удалить
    3. Этот комментарий был удален автором.

      Удалить
    4. Mariinsky Rose: "Is there any ray of hope that things could possibly be better post-Putin?"

      Define "better", and specify which things, for whom they are to become "better", and in what regard(s).
      And as for about putin's say in the matter... he might be able to choose "who" [even to the point of having a 100% say, i.e. being the sole person deciding on the successor], but he will a 0% say on "what" that successor would be - another somebody/nobody who is highly adequate to the "matrix".
      Similarly, a mafia don has a very significant room for choice in anointing his successor, but in one sense he does not have a choice at all - his successor will be a senior mafiosi and will come from their ranks.

      Удалить