О современных "дискуссиях" о Ленине

Один из читателей моего блога поинтересовался моим мнением о настоящей кампании так называемых дискуссий о роли Ленина в истории России, в частности о выступлениях в «Открытой библиотеке» Максима Шевченко и Льва Шлосберга на «Эхе Москвы». На мой взгляд, это какой-то пир агрессивного дилетантизма. Спорить на этом уровне для меня не представляется возможным. Если говорить конкретно о Максиме Шевченко, то он показал обычный для него мастер-класс псевдоэрудиции – весьма виртуозную мешанину из обрывков самого разного знания, порой трудно сочетаемых. В противоположность Шевченко, Шлосберг продемонстрировал образец одностороннего видения в духе перестроечной брошюры Владимира Солоухина «Читая Ленина». Уважая своего читателя, я могу предложить ему доработанную версию главы «Трагедия Ленина как политического деятеля» из своей книги «Сталинизм: становление механизма власти». В этом тексте четыре параграфа: 1. Ленинская политическая реформа. 2. Ленин и воссоздание империи. 3. Последние шаги. 4. «Дело» Ленина и оппозиция. Предупреждаю, что текст для блога довольно объемный: в Word это 44 страницы через один интервал.

Ленин, Путин, создание СССР

Сегодня, в день 92-й годовщины со дня смерти В.И. Ленина президент России Владимир Путин вновь высказался по вопросу о его роли в российской истории. Он справедливо обвинил Ленина в гибели исторической России в 1917 году и в амбициозной идее мировой революции, которая «нам не нужна была». Однако обвинения в идее автономизации и развале Советского Союза следует адресовать другому историческому лицу – Иосифу Сталину, столь почитаемому сегодня в России.

Ленин не был создателем СССР. Более того, он был противником сталинской идеи автономизации и его плана создания СССР. И эта борьба стоила ему жизни...

Подробнее об этом можно прочитать, в частности, в моём интервью русской службе «Голоса Америки» 30 декабря 2011 года.

Историки-ревизионисты Арч Гетти, Юрий Жуков и другие

На портале Lenta.ru появилась беседа с американским историком-ревизионистом Арч Гетти, который наряду с другими своими коллегами сыграл огромную роль в наступлении так называемой объективистской историографии как на Западе, так и в академической среде в России. Их объективизм заключался в том, что они отказались от тоталитарного подхода к советской действительности, отбросив его как пережиток «холодной войны», и сфокусировали своё внимание на изучении не политической истории, не власти, а социальной истории. Воспитанные в условиях западной демократии и открытого общества, они с этими мерками подошли и к России. В результате оказались в ситуации несоответствия – внутри российского смыслового контекста, но с европейским менталитетом.

Украина: трагическая, но ожидаемая судьба

Почти два года назад я написала статью «Вопросы для украинской оппозиции». Начиналась она словами: «Признаюсь, что с самого начала противостояния на Майдане я не могла разделить восторгов моих коллег. Сегодня я вижу сложившуюся в Украине ситуацию как тупик, из которого хорошего выхода нет. Трезвые голоса (а они были!) призывали оппозицию не поддаваться эйфории, спокойно оценить ситуацию и выработать стратегический план. Но они, как это обычно бывает в обстановке революционного подъема, утонули в общем потоке энтузиазма…». 

И сегодня с большой тоской прочитала горькую, но предельно трезвую оценку сложившейся там ситуации в коллективной статье украинских авторов: «Есть режим Путина-Порошенко или Порошенко-Путина, как кому удобнее. Этот режим занимается имитацией войны, так как война - единственное, что помогает им сохранить власть. Никакой смены элит после Майдана в Украине не произошло. Фактически мы остались частью Российской империи, хоть и декларируем обратное, размахивая сине-желтыми флагами и распевая гимн».  

Синдром Сванидзе

В сети распространяется текст Георгия Костякова, в котором акцент в рассказе о советском прошлом делается на самых тяжких преступлениях коммунистического режима.

По сути всё правильно, но, уверена, этот рассказ не убедит его родственника, от которого он получил упрёк в том, что «слишком критичен к нашему советскому прошлому». Не убедит по той же причине, по какой либералы в лице Николая Сванидзе всегда проигрывали в дискуссиях Сергею Кургиняну. Достаточно посмотреть наиболее значимые передачи с их участием – «Суд времени» и «Исторический процесс».

Причина проигрыша Сванидзе мне стала понятна давно, о чём я написала ещё в статье 2007 года «Пропала правда», а в 2011 году вновь вернулась к этой теме, где подробно, по пунктам, сформулировала своё объяснение проигрыша либералов. Сегодня я называю такой подход к советской истории синдромом Сванидзе, который, на мой взгляд, не только не объясняет, а запутывает обывателя, желающего узнать правду о советской истории.